Некоторое время назад компания Sun попала в сложную ситуацию на рынке. Хотя многим пользователям очень нравилась наша базовая операционная система Solaris, было немало и таких, которые считали, что она была разработана для высокопроизводительных компьютеров, а не для грид-систем. Наш компьютерный бизнес тогда отставал от других компаний отрасли, и в результате наши продукты для массового пользователя оказались слишком дорогими. Из-за этого, а также из-за проблем с поддержкой Solaris на системах других производителей у наших клиентов оставался только один выход - уйти. Что многие и сделали. Это были тяжелые времена.

На что же они переключились? Они переключились на GNU/Linux, бесплатную операционную систему с открытым исходным кодом, созданную растущим сообществом программистов и работавшую на системах архитектуры x86. Почему? Потому что это сочетание ("Linux на компьютере немарочной сборки") обеспечивало в то время более высокую сетевую производительность и большую гибкость. Мы не создавали выходные барьеры, мы считали, что потребитель должен иметь возможность выбирать. Даже если для нас это оборачивалось плохо (как в данном случае). Да, было трудно.

В ситуации, когда дела шли плохо и клиенты уходили, у нас оставался некоторый выбор, что предпринять. Одна компания предложила нам подать иск против тех, кто выиграл от использования открытого исходного кода. Мы не пошли на это. Вместе с еще одной компанией мы могли подать в суд на наших клиентов. Это походило на самоубийство. Нам предлагали "поставить крест" на Solaris и стать распространителями чужой операционной системы. Мы не пошли на это. Но в то же время, разработчики и клиенты, которые хотели, чтобы Sun выжила, и понимали ценность по-настоящему качественных и технологических решений, подталкивали нас к инновационному пути развития.

Мы последовали этому совету. Мы начали с закрепления прав на создаваемые нами программные продукты, чтобы иметь возможность распространять их как ПО с открытым кодом на основе общепризнанных лицензий среди сообщества разработчиков, которое мы только еще начали создавать. С удвоенной силой мы занялись инновационными разработками в сфере как аппаратного, так и программного обеспечения, чтобы дифференцировать наши продукты на рынке. Они должны были быть не просто такими же хорошими, как у конкурентов, но гораздо лучше. Мы обеспечили поддержку Linux на наших системах SPARC и заставили себя сделать открытыми все направления нашей деятельности - Solaris не мог быть системой на все случаи жизни. Не была такой и SPARC. И Java тоже.

Короче говоря, мы решили заняться инновациями, а не хождением по судам.

Что на выходе? На наши разработки (от Java до OpenOffice, Gnome и Mozilla) теперь приходится более 25% всего кода в стандартном дистрибутиве Linux (да-да, перечитайте это предложение... или посмотрите этот отчет, стр. 51). Мы объединили усилия с такими компаниями как Google, IBM и Red Hat, чтобы подстегнуть разработку Open Document Format, позволяющего ускорить обмен документами. Формат ODF сейчас все больше и больше используется во всем мире. Это стандарт, которому доверяют правительства и научные учреждения, поскольку он позволяет свободно обмениваться документами вне зависимости от версии и поколения используемого ПО. Это непреодолимая сила. Никакая угроза не может убить стремление страны к независимости или самостоятельности (не забывайте: сеть - тоже часть социальной инфраструктуры).

За последние два года, с тех пор как мы начали строить вокруг OpenSolaris широкое сообщество, мы распространили почти 8 миллионов лицензий Solaris, причем почти в 70% случаев эта среда устанавливалась на машины HP, Dell и IBM (да-да, мы и сами удивились). И вот сообщество разработчиков OpenSolaris разрослось до 48000 участников. И только 2 000 из них работают в Sun. (Кстати, сегодня я разговаривал с одной из ведущих компаний блогосферы и узнал, что они перевели свои основные поисковые системы на OpenSolaris - похоже, его популярность растет все быстрее.)

Теперь Java прочно закрепилась - на серверах и настольных ПК, на мобильных телефонах и приставках - и не в последнюю очередь благодаря принятому нами решению использовать открытую лицензию GPL (чтобы было проще работать с комбинацией Linux/Java на бытовых и промышленных системах). А самое главное, наш бизнес по разработке ПО стал расти, при этом наша структура доходов изменилась. Теперь вместо продажи лицензий мы стали работать по подписке, что приближает платеж к источнику стоимости (оказанным услугам). Так что работа с бесплатным и открытым кодом способствовала росту доходов.

Мы разработали многоядерные системы Niagara UltraSPARC - невероятно мощные, они принципиально повысили энергоэффективность глобальных интернет-сервисов. Кроме того, мы внедрили ряд удачных технических решений, что позволило нам восстановить и упрочить те позиции, которые мы утратили пять лет назад. Инновационный подход и поддержка сообщества разработчиков (базовая конструкция наших чипов лицензирована по GPL) привели к тому, что клиенты и партнеры стали стремительно возвращаться.

Так что же я думаю по поводу этого интервью в Fortune, в котором один из деловых партнеров Sun утверждает, что сообщество разработчиков ПО с открытым кодом нарушает их портфель патентов?

Настоящая мудрость заключается в том, чтобы прислушиваться к клиентам, которым вы угрожаете судом, - они ведь могут просто уйти, особенно, если вы дадите им причину. Помните, у них не будет причины уйти, пока ваш продукт их полностью удовлетворяет.

Я всего лишь хочу сказать: никакой страх не остановит развитие свободных СМИ или открытого ПО (в конце концов, это одно и то же). Сообщество гораздо изобретательнее и сильнее, чем одна компания. И вы никогда не сможете повернуть вспять колесо времени для школьников и развивающихся стран, агентств по оказанию помощи и недавно созданных университетов (или для компаний из списка Fortune 500), которые уже оценили коллективную мудрость сообщества разработчиков открытого ПО. Открытые стандарты и ПО с открытым кодом в буквальном смысле меняют планету - они создают возможности в любом месте, до которого может дотянуться сеть.

Этого джинна ни один суд не загонит обратно в бутылку.